Итальянские буржуа и помещики
Большинство же итальянских буржуа и помещиков, не веря успокоительным заверениям лидеров, и вовсе пребывали в неизбывном страхе. В Южной Италии в 1848 г. этот страх переходил в панику. Здесь отряды крестьян, вооруженных пиками, мотыгами, старинными аркебузами, весной и летом 1848 г. захватывали и делили помещичьи владения. Помещики в ужасе писали своим родным об убытках, какие чинят им «эти разбойники — коммунисты», и обращались к палате депутатов с истерическими призывами «обуздать» нарушения права собственности, происходящие под воздействием «мятежных идей коммунизма». Этот же страх перед «призраком коммунизма» побудил барона Вентуру заявить в ассамблее Сицилии, что от закона об избирательном праве, который обсуждала в те дни ассамблея (закона весьма умеренного, ибо по нему права голоса лишались все неграмотные, т. е. основная масса городской бедноты и крестьянства), идет «прямой путь к коммунизму». «Вы призовете в парламент сапожника, пролетария, крестьянина... Подумайте, господа, что произойдет, если, на наше несчастье, самый низший, самый нуждающийся класс народа поймет, что может дать ему право голоса. Они проведут в палату таких же бедняков, как они сами. Волнения станут неизбежны, Социальный уклад будет опрокинут».
Но и в тех частях полуострова, где социальные противоречия не были так обострены, как на юге, перепуганные собственники усматривали коммунизм в любом проявлении недовольства народных масс. В Ломбардии — в волнении колонов провинции Брианца, требующих уменьшить непомерную арендную плату, которую взимали с них землевладельцы; в Пьемонте — в забастовке типографских рабочих Генуи, одной из первых если не вовсе первой забастовке в королевстве.
Даже в герцогстве Тосканском, которому, по уверениям умеренных, коммунизм не угрожал, страх перед его тенью побуждал их подчас отказываться от антифеодальных реформ.