Коммунистическая общность
А вот как парирует Пассерини утверждение, что коммунизм «лишит людей свободы»,— свобода «90 % населения при коммунизме возрастет, так как у них будет больше времени для образования и отдыха». Что же касается богачей, то, если они и потеряют свободу ничего не делать, «не велика беда». И все-таки эгалитаризм и стремление уложить далекое будущее в жесткие рамки заранее установленных норм и правил привели Пассерини к концу его жизни к отходу от коммунизма. Он боится, что «общее поглотит частное» и коммунизм уничтожит «индивидуальные особенности не только отдельных людей и коммун, но и наций, языков, рас». Он видит в «геологических, климатических, этнических и других различиях», которыми так богат земной шар, «непреодолимое препятствие» для создания «системы всемирного коммунизма», как того требует теория.
А если считать, что коммунистическая общность будет объединять лишь отдельные нации или группы наций, то как быть с индивидуальными особенностями, существующими внутри каждой такой группы или даже внутри каждой нации? И Пассерини, не умея развязать этот узел, все более сужает территориальные размеры будущего коммунистического общества. Каждый раз он озадаченно отмечает, что это не соответствует теории, по которой «коммунизм должен охватить весь земной шар. Он будет лишь слиянием нескольких семей в одну большую семью»,— безрадостно утверждает он в 1849 г. Но сомнения продолжают его терзать, и в конце концов мы узнаем, что «коммунизм это идеал... который никогда не может быть полностью достигнут». Ведь «у человека, если только не уничтожить окончательно его индивидуальность, всегда останется какая-то собственность — его физические и умственные способности, его одежда, постель и т. п.»