Наша республика
Наша республика должна стремиться к социализму и всеми силами избегать коммунизма»,— призывал с трибуны учредительного собрания Римской республики 1849 г. вице-председатель собрания К. Бонапарте.
В общем хоре голосов, бичующих коммунизм, звучали подчас и отдельные голоса, его защищающие. Статья в демократической газете, очень осторожно написанная, позволяет предположить, что ее автор за «постепенную отмену» частной собственности. В другой статье автор хоть и отдает предпочтение демократии, но все же признает, что творцам коммунистических доктрин свойственны «большая любовь к народу и широта взглядов». Были и выступления, подобные речи римского демократа Никколини. Его назвали коммунистом, и он счел необходимым объяснить: «Если быть коммунистом значит натравливать один класс на другой, уничтожить собственность, семью... то я не коммунист. Но если это значит сочувствовать горькой нужде огромного большинства членов человеческой семьи, стараться улучшить их положение, объяснять народу, что он должен получить равную долю на общественном пиру... Тогда я коммунист...»
И то же, по сути, но с явным уклоном в филантропию в статье некоего А. М. в демократической «Иль Йоверо» (Болонья): «Если угодно считать коммунистом человека, который хочет, чтобы не было бедности и чтобы богатые по-родственному заботились... о своих братьях-бедняках... тогда я горжусь тем, что меня называют коммунистом». Или так: «Доктринеры... твердят народу, что слово коммунист означает вор, грабитель, поджигатель», между тем «коммунизм — это Евангелие, воплощенное в жизнь... Это тернистый путь на небо. Все святые были коммунистами».
В первобытные времена, пишет газета, люди жили, «связанные узами братской любви».