Оправдание собственности
Оправдание собственности в нас самих, в нормах морали. Оно — в нашем стремлении владеть собственностью, в нашем «ужасе перед кражей... в том чувстве собственного достоинства, которое побуждает нас держаться в стороне от чужого дома, чужого стола».
А раз это так и раз собственность «оправдана», то «подлинная социальная проблема не в том, чтобы уничтожить собственность, а в том, чтобы ее ограничить». Право собственности никогда не было абсолютно, продолжает Феррари свой давний спор с Тьером, на всех этапах человеческой истории ему противостоял, его ограничивал закон необходимости. Голод оправдывает кражу, почтение, какое внушает нам собственность, исчезает, если богач обрекает бедняка на рабство, губит его семью.
«Аграрные законы, публичные пиры, отмена долгов в античном обществе... Юбилеи евреев, восстанавливавшие каждые 50 лет право землевладельца на его землю... закон Ликурга», заранее определявший соотношение между собственностью общественной и частной; даже закон, разрешающий в минуту опасности сбрасывать в море отягощающий судно груз или сносить дома в предместьях осажденного города,— все это, пишет Феррари, «отдельные проявления извечного права» народа ограничивать, в случае в меру необходимости, право собственности частных лиц.
«Аграрный закон, закон Ликурга...» Феррари не был, конечно, так старомоден или так наивен, чтобы предлагать в середине XJX в. столь архаичные меры даже для отсталой Италии. Примеры из древних времен нужны ему, чтобы исторически обосновать свою мысль. Аграрный закон — это, по его терминологии, «право, основанное па законе необходимости». Оно «восстает против пороков богатого во имя голода бедного» и требует «справедливости и равенства для всех».