Прогресс демократии
Джоберти даже отмечает теперь как заслугу социализма то, что он пролил свет на нужды плебеев. Однако, признав это, он тут же пишет, что взгляды социалистов неясны, смутны и что социалисты «выдают за научную истину предположения химерические и неопределенные». С коммунизмом — а это, по Джоберти, «своего рода практический социализм»— дело обстоит еще хуже, потому что творцы некоторых коммунистических теорий стремятся полностью осуществить свои идеи. Они задерживают этим прогресс демократии и «вкладывают оружие в руки ее врагов». В 1848 г. «экономисты Февраля», следуя лживым и опасным утопиям, испугали публику, не удовлетворив новаторов, причинили серьезные беды и разрушения и придали событиям «направление, уверенное, сомнительное — такое, на котором добро смешано со злом». Как сделать, чтобы это не повторилось?
Еще в конце февраля — начале марта 1848 г. Джоберти под непосредственным впечатлением февральских боев в Париже звал «образованные классы» не противиться переменам и даже пойти им навстречу. Только так смогут они предотвратить свою гибель и спасти свои, «разумные права».
После 1848 г. Джоберти объявляет возрождение плебса (который «унижен всеобщим презрением и часто не имеет необходимого») одной из величайших задач века. Его, как мы уже говорили, преследует мысль об экономических революциях, которые предстоят Европе. «Недавний опыт учит нас,— пишет он,— что избежать этих революций можно, лишь уничтожив причины, их порождающие». Христианское милосердие — это «самая святая обязанность состоятельных классов», но его одного недостаточно, чтобы излечить «язву века»,— так формулирует он мысль, уже давно таившуюся за лихорадочными поисками умеренными все новых «рецептов» от социализма и коммунизма.