Управление железными дорогами
А будь эти декреты реализованы, правительство немедленно взяло бы в свои руки управление железными дорогами, банками, а затем и другими отраслями крупной промышленности». Он, Кавур, счастлив, что этого не произошло.
В середине XIX в. в стране, еще только вступающей в стадию «свободного капитализма», Кавур не мог, конечно, знать, что его протест против замены частного предпринимателя государством был, по сути, протестом против государственного капитализма, отдельные черты которого точно предвосхищали в своих концепциях некоторые утопические социалисты. Не мог он, конечно, знать и того, что огосударствление экономики и экономическое уравнительство (которое с таким жаром критиковали и он и другие умеренные) лягут в основу тех деформаций, какие — уже в наше время — претерпело строительство социализма в СССР и некоторых других странах. Но Кавур достаточно знал социальные утопии своего времени, чтобы понимать, что утопии эти, по крайней мере, самые радикальные из них, стремятся не столько к замене частного предпринимателя государством, сколько к перестройке всего социального уклада. Но об этом он предпочитал читателям и слушателям не сообщать. Его анализ идей социализма и коммунизма был, как мы уже говорили, анализом их «жизнеспособности» в рамках капиталистического строя.
Не будем торопиться с дальнейшими выводами... Поиски Кавуром наиболее эффективного «противоядия» от социализма продолжались. В ходе их он подходил к вопросу с различных сторон: заявлял, что быстрое и легкое распространение социалистических теорий во Франции в значительной мере объясняется плохим состоянием экономической науки в этой стране.