В поисках утешения
В Азии, как и в других регионах мира, границы между религией и суевериями часто размыты. Секты Маунт Банахао, например, тяготеют к вере в шаманов, талисманы и амулеты. Когда Филиппины были испанской колонией, эти древние поверья подверглись влиянию римского католицизма с его ритуалами и символами. События недавней национальной истории, связанные с борьбой за независимость, также окутаны покрывалом мистицизма. Результатом всего этого явилась религия одновременно христианская и языческая. Вокруг Маунт Банахао, например, хирурги-медиумы «излечивают» больных, чудодейственным образом извлекая голыми руками пораженные участки ткани.
При всех своих разновидностях азиатский мистицизм имеет общую основу. Суть в том, что он удовлетворяет сугубо человеческое стремление получить поддержку со стороны высших сил. Он вселяет надежду на то, что потусторонние силы могут облегчить человеку стрессы повседневной жизни. А по мере того как Азия все больше модернизируется, возрастает число стрессовых ситуаций.
Соблазны богатой жизни в городах вызвали массовую миграцию из сельских районов, разрушая местные общины, подрывая обычаи и устои. А лихорадочный темп азиатского бизнеса с его головокружительными циклами взлетов и падений далеко не всегда гарантирует успех. Какой еще способ повлиять на судьбу, кроме как с помощью оккультных сил или путем веры (пусть даже полусерьезной) в сверхъестественное?
В некоторых случаях мистицизм выполняет вполне современные терапевтические функции. Филиппинский медиум Роуз Вирджиния ведет в клинике прием пациентов, находящихся в состоянии депрессии, а также жен, которых избили мужья. «Филиппинцы не любят говорить о своих проблемах»,- поясняет она. В то время как психиатрия и врачи-психоаналитики в глазах большинства азиатов выглядят чем-то отпугивающе чужеземным, многие охотно делятся своими трудностями с древними символами, подобными тем, что изображены на игральных картах.
Уже по одной этой причине, не говоря о других, невозможно насмехаться над азиатским мистицизмом или отмахиваться от него, как от чепухи. Истина состоит в том, что эти поверья присутствуют в повседневной жизни, воздействуя на судьбы людей, дела бизнеса, мероприятия правительств. В худшем случае вера в сверхъестественное может породить фатализм и пассивность. Но она же дает утешение, а также устойчивую культурную самобытность, что особенно важно в регионе, подверженном радикальным экономическим и социальным переменам.